ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Как только корабль повернул кормой к ветру, качка совершенно прекратилась. Подали завтрак. Пассажиры, ободренные спокойствием корабля, отправились в столовые и принялись за еду. Было так тихо, что ни одна тарелка не упала со стола и ни один стакан не опрокинулся. Но спустя три четверти часа мебель снова заходила, койки начали раскачиваться, и на полках в кухне застучала посуда. Все это произошло вследствие того, что «Грейт-Истерн» опять пошел на запад.

Мы с доктором отправились на палубу и встретили там продавца кукол.

— Ваши маленькие люди погибли, — сказал ему доктор. — Верно, им не суждено было пожить в Соединенных Штатах.

— Ничего, — ответил торговец, — товар мой застрахован, а секрет мой остался при мне; в случае надобности я могу изготовить их еще больше.

Как видно, мой соотечественник был не из унывающих. Раскланявшись с ним, мы отправились на кормовую часть корабля. Там мы разговорились с рулевым, который сообщил нам, что момент между двумя ударами моря был очень опасен, так как рулевые цепи в это время запутались.

— А что с этим несчастным матросом, которого офицер унес на плечах? — спросил я у доктора.

— Он тяжело ранен в голову, бедняга! Это его первое трансатлантическое путешествие. Он еще совсем молодой человек, рыбак по профессии. Дома у него остались жена и двое детей. Корабельный доктор уверяет, что он выздоровеет, но я сильно сомневаюсь в этом. А впрочем, посмотрим.

— Однако, — сказал я, — мы, кажется, опять идем в прежнем направлении.

— Да, опять на запад против ветра и прилива, — ответил доктор. — И это чувствуется, — прибавил он, схватившись за крюсор, чтобы не упасть. — Знаете ли, что бы я сделал с «Грейт-Истерном», если бы он принадлежал мне? Я устроил бы на нем роскошнейшие помещения и за каждое место брал бы по десяти тысяч франков. На нем ездили бы только миллионеры и люди, которым некуда спешить. Можно было бы употребить месяц или полтора на путешествие между Англией и Америкой, но зато никогда не было бы на нем ни качки, ни сильного ветра и мои пассажиры были бы застрахованы от морской болезни.

— Что ж, это очень хорошая идея, — ответил я.

— Да, так можно было бы заработать хорошие деньги и доставить удовольствие пассажирам.

Разговор наш был прерван проливным дождем, заставившим нас спуститься в зал. После дождя ветер стих, буря улеглась, тучи на западе рассеялись и небо прояснилось. В десять часов ураган совсем прекратился, а в полдень можно было довольно точно определить следующее:

Широта 41º 50 Долгота 61º 57 Курс 193 мили.

Уменьшение расстояния объяснялось ужасной бурей, которая всю ночь и все утро бросала корабль из стороны в сторону. Один из пассажиров, переправлявшийся через океан в сорок четвертый раз, уверял, что он никогда не видел ничего подобного. «Грейт-Истерн» выдержал эту бурю и не лишился возможности продолжать путь только благодаря своей великолепной постройке и двойному корпусу.

Но как бы ни был вынослив и крепок корабль, подвергать его опасности, вступая в борьбу с ураганом, все-таки безрассудно. Ничего нет позорного в отступлении перед силой стихии, и капитан должен помнить, что он не имеет права рисковать жизнью людей для удовлетворения своего самолюбия.


7697088144455619.html
7697127765248460.html
    PR.RU™